ГЕОСТРОЙИЗЫСКАНИЯ
Генеральный дистрибьютор компаний TOPCON и SOKKIA
  
+7 (495) 921-22-08
КАТАЛОГ
БАЗОВЫЕ СТАНЦИИ
СЕРВИСНЫЙ ЦЕНТР
ПОДДЕРЖКА
О НАС
 
 

ДЕПО КАРТ И КВАРТИРМЕЙСТЕРСКАЯ ЧАСТЬ НАКАНУНЕ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ 1812 ГОДА

Переход от линейной тактики ведения боя (сражения) к новым стратегическим и тактическим приемам, впервые широко примененным в европейском военном искусстве А.В. Суворовым1, потребовал использования для управления войсками крупномасштабных карт. Любая местность становилась пригодной для боя, и полководцу необходимо было уяснить все ее выгоды и неудобства и соответственно расположить войска. Но для выбора направлений ударов и обходных маневров войск, принятия оперативных решений, руководства боем и управления войсками существовавшие в XVIII веке элементарные «ландкарты», а тем более мелкомасштабные обзорно-географические карты не годились. Они не могли быть положены в основу топографического (топогеодезического) обеспечения (ТГО) войск. Решаться данная проблема стала лишь в период царствования императора Павла I (1796—1801). Восьмой день с момента его восшествия на престол ознаменовался роспуском Генерального штаба, а спустя некоторое время была организована Свита его императорского величества (Е.И.В.) по квартирмейстеской части. Для эффективного использования государственных средств взамен множества ведомственных картографических организаций было создано Собственное Е.И.В. Депо карт под руководством вице-адмирала Г.Г. Кушелева. Это явилось фундаментом будущей самостоятельной централизованной военной картографической и топогеодезической службы России. Спустя четверть века с начала павловских реформ военная картография, топография и геодезия будут признаны самостоятельным разделом наук о Земле.

П.М. Волконский П.К. Сухтелен К.И. Опперман
П.М. Волконский П.К. Сухтелен К.И. Опперман

 

Совершенно независимое от военного ведомства Собственное Е.И.В. Депо карт комплектовалось прикомандированными офицерами из Инженерного департамента, квартирмейстерской части (КЧ) и армии, общее количество которых не превышало 22 человек. К 1805 году тиражом 1500 экземпляров Собственное Е.И.В. Депо карт издало уникальную по своей информационной нагрузке столистовую «Подробную карту Российской Империи и близлежащих заграничных владений», или так называемую двадцативерстку (1:840 000, руководитель — инженер-генерал К.И.Опперман). Кроме населенных пунктов, дорог, лесов и других элементов местности, на ней был изображен рельеф методом не только полуперспективы, но и штриховки2. Попав в руки французской разведки, эта карта была приведена к масштабу 1:500 000, переведена на латиницу и с успехом использовалась французами в кампании 1812 года. Но тогда российские карты создавались только при помощи астролябий, измерением расстояний цепями и «верстомерными инструментами» (специальные аршинные колеса на телеге). Невозможно было учитывать количественные и качественные характеристики, что было обусловлено отсутствием опорной геодезической сети в России и, следовательно, наличием слабой математической основы карт той эпохи. Директор (1801— 1809) Собственного Е.И.В. Депо карт генерал-квартирмейстер П.К. Сухтелен, осознавая, что «первое и самое видное действие геодезии есть определение главных пунктов»3, увидел в этом будущее российской картографии. Кроме того, им были впервые введены топографические съемки без разрывов, позволившие составлять карты губерний без «окон» (не заснятых отдельных участков, районов). Как собственноручно писал исполняющий обязанности директора Собственного Е.И.В. Депо карт инженер- генерал К.И. Опперман (с 1810 г.) в труде «Об учреждении военной чертежной и архива», «при оном Депо коллежский асессор Панкснер по способности его к математическим наукам отправлен в 1808 году в Москву к известному профессору Гольдбаху и снял <…> тригонометрическую списку части Московской губернии»4. Таким образом, первые опыты по развитию триангуляции5 положили начало созданию геодезических сетей и на их основе проведению топографических съемок в России. Однако необъятные просторы империи, недостаток квалифицированных кадров и слабая техническая оснащенность позволили начать построение геодезических сетей лишь после учреждения Корпуса топографов в 1822 году (объединение в единую государственную геодезическую сеть было окончательно завершено только к середине 1960-х гг.). Основные усилия Собственного Е.И.В. Депо карт перед Отечественной войной 1812 года были направлены на создание обзорных и специальных топографических карт (маршрутных, квартирных, семитопографических, почтовых, дорожных, этапных)6, определение астрономических координат опорных пунктов ряда городов, опытные тригонометрические работы в Санкт-Петербурге и по берегу Финского залива, определение высот над уровнем моря. Общее представление о технологии топографической съемки в те годы дают выдержки из «Выписки с ордера, данной г. полковнику Штегману 1808 года апреля 19 дня от г. инженер-генерала генерал-квартирмейстера Сухтелена»: «1. В начале увеличить Хермелинскую карту бывшей Шведской Финляндии, которую я к Вам доставлю, если у Вас ее не имеется, употребляя в масштабе английской пол дюймы за одну российскую версту, и потом наносить на нее ситуацию7… 3. Стараться снимать в день по 20 квадратных верст, ибо местоположение позволит Вам иногда успеть и более и может положить препятствие к снятию начертанных измерений; 4. Начать съемку с больших и проходимых дорог, равно и с морских берегов, которые обойти так же, как и округе каждой части, инструментом и привести несколько диагоналей, дабы сим способом поверить Хермелинскую печатную карту; 5. Места, удобные для лагерей, сражений и десантов, снять инструментально, принимая два английских дюйма за одну российскую версту, и сделать оным особые планы; 6. При снятии непроходимых или к военным действиям вовсе неудобных мест не входить в излишния подробности, наблюдая только, чтобы можно было иметь общее, но верное и честное понятие о естественных положениях Земли, внутренность островов снимать глазомерно8. Места, летом непроходимыя, как-то: леса и болота снимать зимою; …13. Добавляя ко всем общеизвестным пунктам, за нужное считая рекомендовать Вам заимствовать от состоящих в новоприобретенной Финляндии Голландских контор разными картами принадлежащим по данному Вам поручению…» 9.

Использование офицерами квартирмейстерской части материалов согласно пункту 13 этой инструкции, безусловно, сокращало не только время работ, но и материальные затраты. С аналогичной целью военный министр М.Б. Барклай-де-Толли требовал использовать польские исходные материалы: «Поляки суть люди давно образованные, следовательно, у них есть межевые планы, поземельные записки и разные документы, которыми искусный квартирмейстерский офицер, при средствах, данных правительством, воспользоваться может»10. Будущий декабрист А.Н. Муравьев в своих воспоминаниях подтвердил с точки зрения исполнителя указания министра: «Мало знакомился я с польскими панами потому, что имел дело преимущественно с их конторами… в конторах же и на фольварках я снабжал себя временно планами и картами, которыми руководствовался в своих съемках»11.

Со времен Павла I Собственное Е.И.В. Депо карт накапливало материалы разведывательного характера от российских посольств. В сентябре 1810 года военный министр М.Б. Барклай-де-Толли своим зарубежным военным агентам во всех европейских столицах предписал: «Государю Императору угодно снабдить Депо карт всеми полезными и необходимыми воинскими сведениями, почему употребите все способы узнавать о всех важнейших картах, планах, книгах и сочинениях и присылайте ко мне оным реестром, с означением цены, дабы по мере надобности можно было на покупку оных доставлять к вам деньги»12.

Были особые способы приобретения карт. Так, согласно донесению военного агента в Париже А.И. Чернышева военному министру, экземпляр карты реки Дунай на французском языке «с переводом от слова до слова… доставлен в Депо карт тайным советником Тамарою с прочими, найденными в портфеле бывшего турецкого инженера Кауферта»13.

С 1810 года Собственное Е.И.В. Депо карт было передано в непосредственное подчинение военному министру, получив название — Депо карт, которое официально сохранялось вплоть до присоединения его к квартирмейстерской части Главного штаба в ноябре 1816 года. Основной целью Депо карт в период 1809—1812 гг. являлась заблаговременная подготовка описания внутренних районов страны и возможных театров военных действий (ТВД) в топографическом отношении. Только по Европейскому ТВД можно назвать следующие работы: уточнение генеральной карты России; составление и гравирование пограничной карты с Австрией; карты Германии (срок исполнения — 2 месяца); пограничной карты России (срок исполнения — 4 месяца). В процессе «сводки» четырех листов «Пограничной карты с Австрией» в масштабе 3 версты в дюйме (1:126 000) возникла коллизия, которая убедила К.И. Оппермана в необходимости разработки единых правил составления карт и планов, а также единых условных знаков. В декабре 1811 года К.И. Опперман доложил военному министру, что разномасштабные исходные материалы, являющиеся результатом и глазомерных, и инструментальных съемок офицеров КЧ, «суть более действия произвольного воображения сочинителя»14. Кроме того, абсурдность задачи состояла в том, что надо было «свести» их и с австрийским исходным материалом, созданным в иной системе координат. Как констатировал К.И. Опперман, «весьма трудно составить по ним общую однообразную карту в таком большом масштабе».

Безусловно, подобные факты не остались без внимания руководства Военного министерства и императора Александра I. Результатом этой и других подобных коллизий явилась напряженная работа графа К.И. Оппермана в составе комиссии по реформе армии, где им был предложен новый орган — Военное Топографическое депо (ВТД) — «по примеру французского военного депо, чтобы оно могло бы управлять астрономическими — тригонометрическими съемками»15. Фактически этот орган стал функционировать после введения штатного расписания, утвержденного по окончании войны 1812 года, но уже в составе Главного штаба. Таким образом, еще накануне Отечественной войны 1812 года в России был определен стратегический курс на централизацию и специализацию крупномасштабных картографических и картосоставительских работ в рамках деятельности Депо карт.

Князь П.М. Волконский, назначенный в 1810 году на должность управляющего Свиты Е.И.В. по квартирмейстерской части, внес изменения, которые по праву позволили ей стать высшим вспомогательным органом военного управления армии. Отсутствие регламентирующих документов, четко определенных целей и задач чинов КЧ — вот комплекс вопросов, которые пришлось решать военному руководству при реорганизации Генштаба (именно так продолжал называть КЧ П.М. Волконский в некоторых своих рапортах). Творчески используя опыт своих предшественников — генерал-квартирмейстеров И.И. Германа, А.А. Аракчеева и П.К. Сухтелена, а также собственный опыт изучения структуры французского генштаба в 1808—1810 гг., П.М. Волконский в кратчайшие сроки разработал новое штатное расписание, организовал собственную канцелярию, библиотеку, механические мастерские и военно-учебные заведения. Все это было подчинено решению одной из важнейших задач — разработке комплекса мероприятий по ТГО войск, что требовало привлечения большого количества квалифицированных специалистов и средств. Выдержки из ряда документов личного архива П.М. Волконского не требуют пояснений, причем первые два из них относятся к временам императора Павла I (см. приложение 1).

В 1811 году офицерский корпус КЧ состоял из 163 человек. Однако на весну 1812 года в армиях, корпусах и дивизиях насчитывалось 136 офицеров, так как 27 человек были отчислены П.М. Волконским, причем некоторые из них «по неспособности».

Комплектование КЧ квалифицированными офицерами стало насущной задачей, для решения которой требовалось создать новые военно-учебные заведения. Источниками комплектования КЧ явились новые военно-учебные заведения, например, Санкт-Петербургское училище колонновожатых — прообраз будущей Академии Генерального штаба. Де-факто оно функционировало с 1810 года под руководством подполковника А.И. Хатова (см. приложение 2). В этот же период в Москве генерал-майором Н.Н.Муравьевым под патронажем князя П.М. Волконского было создано «общество математиков». С 1812 года «явилось новое военное учебное заведение в Финляндии, в казенном геймате Гаопаньеши Куопиокской губернии, под названием Финляндского топографического корпуса с целью образовать искусных топографов для рекогносцировки края и для исследования рек, способных к судоходству»16. Новый управляющий КЧ понимал, что без четкого определения круга обязанностей чинов квартирмейстерской части невозможно эффективно оказывать помощь командирам дивизий, корпусов по выбору позиций, взаимодействию войск, их перемещению, обеспечению топографическими данными. Прежде необходимо было создать свой центральный аппарат. 12 ноября 1810 года высочайшим повелением была учреждена канцелярия квартирмейстерской части в составе: «1-е отделение текущих дел: списки чинам, их формулярные списки и кондуиты; сношение со всеми местами и лицами; сведения, где кто из чинов находится; отставки и командировки чиновников; рассылка именных высочайших указов, министерских и начальничьих приказаний и циркуляров; судебные дела. 2-е отделение снятия планов: дела по производству снятия планов; все сведения о разных съемках; об успехах их; доставляемые об оных отчеты; расписание всех губерний с показанием, сколько в каждой счисляется квадратных верст; поверка счетов суммам, отпускаемым на съемки. 3-е отделение, под именем военных дорог и расписанием войск в квартирах и лагерях, заключать в себе будет: общие сведения о всех военных дорогах в государстве; составление подробного состояния дорог; сочинение маршрутов; усовершенствование карты, по которой маршруты сочинять будут; дела о расположении войск в лагерях; общие сведения о местах, удобных к расположению войск в квартирах и лагерях. 4-е отделение для казначея и архивариуса: по части архивариуса: полные сведения об имеющихся в архивах разного рода картах, планах, описях; сношения об них в Собственном Е.И.В. Депо карт; усовершенствование каталога; приведение в лучший порядок карт, дабы можно было обозревать все одним взором, не затрудняясь, и находить требуемое; покупки и прием математических инструментов, разных материалов, припасов и вещей; хранение их и отпуск куда понадобится; составление ведомостей, где сколько их находится…»17.

Отделения соответственно возглавили подполковники Н.И. Селявин, А.И. Хатов, К.Ф. Толль, Пейкер. При 2-м отделении состояла чертежная под начальством полковников Вистицкого 4-го, Ф.Ф. Довре, Пенского.

В течение 1810—1812 гг. П.М. Волконский принимал самое непосредственное участие в разработке основополагающего документа — «Учреждение для управления Большой Действующей Армии», согласно которому офицеры КЧ вошли в управление начальника Главного штаба в составе двух отделений18. Первое из них делало «все приуготовительные соображения к военным операциям (лучшие карты и военно-топографические описания; табели о способах и богатствах края, числе населения; исторические записки о бывших войнах в краю, армиею занимаемом; исторические сведения о театре военных действий)». К этому отделению принадлежали чертежная и походное тиснение карт. Второе отделение приводило в действие «приуготовительные соображения 1-го отделения и вело все дела, подлежащие тайне (диспозиция к бою и движениям, наставления начальникам отдельных частей, рекогносцировки, переходы и движения войск, расположения лагерей». В предвоенный период все силы КЧ были направлены на выполнение задач по ТГО постоянной готовности войск. Так, в 1810 году военный министр дал указание произвести съемку пространства по всей западной границе и «начертить генеральную в большом размере карту, дабы на оной можно было обозначить важнейшие позиции с их окрестностями»19. Характерной чертой многочисленных приказов, адресованных и Депо карт, и КЧ, являлось прямое указание использовать только глазомерные способы съемок. «Сочинение же точнейших карт, — писал М.Б. Барклай-де-Толли, — мы оставим, пока будем иметь более времени и офицеров»20. Однако П.М. Волконский неукоснительно требовал от исполнителей предоставлять ему точные и достоверные данные (см. приложение 3).

В ноябре 1811 года князем П.М. Волконским по такой важнейшей характеристике карты, как масштаб, впервые в КЧ директивно была введена классификация карт по масштабному ряду. Безусловно, такая мера способствовала обеспечению точности съемок и облегчала составление по их материалам карт в каком-либо одном масштабе (см. приложение 3).

Одной из основных целей ТГО являлось своевременное доведение топографических данных до штабов. Так, 1 марта 1812 года военный министр М.Б. Барклай-де-Толли приказал отослать в армии и корпуса более 300 топографических планов и описаний, составленных офицерами КЧ, а также карт, закупленных зарубежными военными агентами, и несколько карт 1797 года21. Уже через 10 дней весь картматериал, и 3 походных типографии ушли в войска. Но ввиду малочисленности офицеров КЧ топографические съемки были произведены только на отдельных участках территорий пограничных и центральных губерний. Чтобы как-то компенсировать пробелы, П.М. Волконский в своей пространной записке (апрель 1812 г.) предложил немедленно произвести съемку территорий на самых угрожаемых участках от реки Неман до реки Припять. Он рекомендовал нанести все дороги, переправы, военные позиции, варианты по их искусственному укреплению. Здесь совершенно уместно сказать, что каждый офицер КЧ согласно «Учреждению для управления Большой Действующей Армии» помимо наличия у него навыков по специальности топографа обязан был умело выбирать позицию, в иных случаях принимать меры по руководству к их укреплению, то есть обладать высокой тактической и инженерной подготовкой. Как собственноручно писал военный министр на донесении П.М. Волконского, настаивая на инструментальных способах съемок, «худой тот офицер Генерального штаба, который не может по глазомеру и по существующим обстоятельствам, имеющим влияние на военные операции, выбрать выгодную позицию и который не мог бы снять оное по глазомеру»22.

К началу войны 1812 года штабы войск были более обеспечены маршрутными, квартирными, этапными и дорожными, нежели топографическими картами на внутренние районы страны. Ведь не следует забывать, что всего 30 лет назад в России картографов было крайне мало. И, например, в 1776 году нижегородский губернатор генерал-поручик Ступишин докладывал о полной невозможности «за неимением в губернии картографов изготовить карты»23.

Безусловно, следует упомянуть работу маршрутного отделения канцелярии КЧ. В опубликованных столетие назад материалах Военно-ученого архива (ВУА) отображены сотни маршрутов на пере-манд и т.д. Порядок съемки маршрута офицером КЧ иллюстрирует инструкция обер-квартирмейстера 1-й армии А.Н. Муравьева: «Материалы составляются из рекогносцировок, делаемых в главной квартире 1 армии. В случае же, есть ли оных не находится, то копируются они с геометрических планов, находящихся в архивах губернских межевых контор. Масштаб для них полагается на английский дюйм в 2 версты, в котором снимаются маршруты. При съемке наблюдается, чтобы не было упущено никакой малейшей подробности, как в отношении разных строений, различая притом каменныя от деревянных, так и в отношении подробностей ситуации. Для удобнейшего нанесения всех подробностей предпочтительнее снимать в удвоенном масштабе и после уменьшать в принятом. Должны быть назначены все мостики, каналы, отдельные небольшие кустарники, церкви, каменные и деревянные часовни, мельницы (ветряныя и водяныя), гребли, плотины, небольшие луга, примыкающие к дороге, болотцы, леса и кусты, различая род оных, все дороги и тропы, выходящие на большую дорогу, с показанием, откуда или куда именно оные идут; деревни, названия их, число дорог, в них находящихся; господские дворы, отдельные домики, корчмы, огороды, сараи, города, местечки; границы губернские и уездные и где они проходят через дорогу, также показать стрелкою течение ручьев, рек и означать названия их. Съемка производится на две версты в каждую сторону. Пространство от станции до станции должно быть сделано на особом листике с надписью, сколько верст сие пространство в себе заключает; также на каждом листике означать должно Nord»24. Много внимания руководство КЧ уделяло сохранению военной тайны. Некоторые виды съемок имели легенды даже для органов местной власти и военных и маскировались под «уточнение погрешностей карты Российской Империи».

Таким образом, П.М. Волконскому удалось создать вместо упраздненного Павлом I Генерального штаба новый высший вспомогательный орган военного управления — квартирмейстеркую часть. И хотя в названии этого органа фигурирует термин «квартирмейстерская», по своим функциям он позволял решать задачи в несоизмеримо больших объемах, чем это трактовалось в «Уставе воинском» 1716 года или в утвержденном Екатериной II в 1772 году проекте генерала Ф.В. Баура о преобразовании Генерального штаба и «провожатых колонн».

 



ПРИЛОЖЕНИЕ 1
 

«Всемилостивейший Государь!
…Я не имел случая при моем скором отъезде показать Государю Императору штат по квартирмейстерской части и принужден опять прибегнуть к Вашему Императорскому Величеству — войдите, всемилостивейший государь, в бедное состояние офицеров, составляющих сию часть, и прострите им руку помощи. Они настоящего положения не имеют, даже и здесь по сих пор жалованья еще не получают, ибо Комиссариатское Депо точно не знает, какое им отпускать во время мира, офицеры КЧ беспрестанно заняты работою и нередко поездками, а во время похода их служба труднее всех и для войск важнее. Они обыкновенно одни во всегдашней разкомандировке, и не имеют той взаимной помощи, каковую офицеры, служащие в полках, друг другу подают и подавать могут, и по свойству их службы должны они иметь более лошадей других полковых офицеров, а, получая почти пехотное жалованье, они совсем не в состоянии службу свою отправлять, как надобно, при том же они ныне неравно получают, хотя одну должность отправляют. Я в приложенном штате назначил число офицеров по КЧ — сие число достаточно для наших армий и с назначенным жалованьем и с положенным числом рационов в натуре, они по крайней мере, что настоящей службы от них можно будет требовать, хотя с лишком ничего не положено, как только нужное содержание.
1 июля 1798 г. <…>

Всеподданнейший Иван ГЕРМАН»
 

 

Копия потребы инструментов в Свиту Е.И.В. по Генерал-квартирмейстерской части

Октября 17 дня 1797 года

Астролябия со штатифами в каждую дивизию по одной, да в Депо в С.-Петербург, всего 14. Каждый стоит по 75 рубли, — 1275 рубли; мензулов25 в каждую дивизию по 2, да в Депо — 4, всего 24, — 1080 рубли; компасов в каждую дивизию по два, да в
Депо — 4, всего 24 — 240 рубли; стекол копировальных в каждую дивизию по одному, да в Депо два, всего 12 — 180 рубли; камора-обскур в Депо один — 50 рубли; инструмент чертежный в каждую дивизию по три, да в Депо — 6, всего 432 рубли; цепей
железных в каждую дивизию по 2, да в Депо 4, всего 24 — 120 рубли; ветэрпасов для Депо — 4 штуки, всего — 100 рубли; инструменту верстомерных для Депо — два, всего — 100 рубли; магнит для Депо — один, всего — 25 рубли; всего — три тысячи шесть сот два рубли.

Генерал-квартирмейстер барон АРАКЧЕЕВ

 

 

Сколько производится по штату в год жалованья чиновникам Свиты Е.И.В. по квартирмейстерской части
Инженер-генералу — 5357 рубли 60 к. (+2144 руб.)*; генерал-квартирмейстеру, ему же по званию инспектора — 2000 рубли.

Прибавочного по манифесту: генерал-лейтенанту — 3228 р. 90 к.; генерал-майору — 2583 р. 39,5 коп. (353 руб.); полковнику — 2022 р. 30 к. (782 руб.); подполковнику — 1273 руб. 30 к. (493 руб.); майору — 754 р. 65 к. (409 руб.); штабс-капитану — 494 руб. 3,25 коп. (148 руб.); порутчику — 407 руб. 79,75 коп. (191 руб. 79,75 коп.); подпорутчику (прапорщику) — 354 руб. 10,5 коп. (191 руб. 79,75 коп.); колонновожатому — 150 руб. (30 руб.). Сверх того производится квартирные деньги штаб-офицерам по 20 руб. и
обер-офицерам по 10 руб., — которые пребывают в С.-Петербурге. В пограничных губерниях серебром или ассигнациями по курсу.

Отдел письменных источников Государственного исторического музея. Ф. 18. Оп. 1. Д. 4. Л. 6, 5, 23.
* В скобках дана сумма, на которую было увеличено жалованье в 1808 году по сравнению со штатным расписанием 1797 года, когда было всего 63 офицера КЧ.
 


ПРИЛОЖЕНИЕ 2

 

Господину военному министру и кавалеру Барклаю-де-Толли
№1194 от 28.11.1810 г.
управляющего квартирмейстерской части генерал-адъютанта князя Волконского

Р а п о р т

Для лучшего порядка и устройства квартирмейстерской части считал я с самого начала вступления моего в настоящее звание необходимо нужным иметь дом, собственно сей части принадлежащий, в котором бы поместить Депо, Канцелярию генерал- квартирмейстера, всех пребывающих здесь господ офицеров и колонновожатых, а равно и училище для сих последних, коего проект от меня Вашему Высокопревосходительству представлен. Соединение чиновников в одно место составляет ощутительную пользу для сей службы, как потому, что она требует по своей работе особенной деятельности и попечения, каковые качества в кругу всего сословия легко обнаруживаются и узнается даже и самое приватное поведение каждого чиновника, также менее и для того, что многие господа офицеры по сведению, до меня дошедшему, по малому числу жалованья и неимуществу нуждаются в содержании; сверх того, Ваше Высокопревосходительство, что все части, состоящие под ведомством Военного департамента, имеют собственные свои здания, одна лишь квартирмейстерская часть лишена сей Монаршей милости. На каковой конец я приискал дом действительного статского советника Какушкина…

Князь ВОЛКОНСКИЙ

 

 

Господину военному министру и кавалеру Барклаю-де-Толли
управляющего квартирмейстерской части генерал-адъютанта князя Волконского
№ 3082 от 7 августа 1811 года

Р а п о р т

Полагаю Генеральный Штаб одною из Главнейших частей армии, необходимым почитаю, чтобы чиновники корпуса сего имели познания как по теории, так и практике… по сей части неминуемо нужных. До сего времени офицеры означенного корпуса поступали в оный из армии или производились в чины по степеням из колонновожатых. Сии же последние принимались, хотя с некоторыми предварительными познаниями, но в продолжении службы науками не занимались по неимению на то: во-первых, места, где им собираться; а во-вторых, профессоров или учителей, которые могли бы утвердить их в науках, отчего скоро забывали обученное ими до определения на службу. Сверх того, разселены будучи по разным частям города без присмотра, по молодости лет удобно в пороки, предосудительные их чести. Таковые обстоятельства побудили меня составить проект учреждения для колонновожатых, в котором они не только оканчивали начатые ими науки и приготовлялись быть достойными офицерами Генерального штаба, но и по части нравственности содержались бы под надлежащим присмотром. Препровождаю при сем на благоусмотрение Вашего Высокопревосходительства помянутый проект. Счастливым себя почту, есть ли оный заслужит Ваше внимание и удостоится быть представлен Вами Его Императорскому Величеству на утверждение.

Князь ВОЛКОНСКИЙ

Отдел письменных источников Государственного исторического музея. Ф. 18. Оп. 1. Д. 7. Л. 1, 2.


 


ПРИЛОЖЕНИЕ 3


Приказ Свиты Е.И.В. по квартирмейстерской части
Ноября месяца 12 дня 1811 года
№ 544

Усмотрев, что представленный план местечка Мерича, вновь копированный капитаном Брозиным 1-м, без его подписи и с разными недостатками в подробностях противу оригинала, за каковое упущение делаю выговор капитану Брозину 1-му, и притом рекомендую, вообще, оным чинам квартирмейстерской части, чтоб отнюдь не пренебрегали никакими малейшими подробностями в местоположении, как при съемке топографической, так и при копировании планов и карт, ибо упущение, хотя неважных каких-либо подробностей, может часто повредить успеху целого движения войск и самого сражения. Вследствие сего наблюдать при съемке и копировании непременно должную верность, избегая произвольных сочинений в ситуации под опасением строжайшего взыскания.

Князь ВОЛКОНСКИЙ

 


Февраля 24 дня 1812 года
Делаем выговор прапорщику Коцебу 1-му за упущения в означении дорог, лежащих между селениями на снятом им плане города Невель, что при всякой инструментальной съемке непременно должно быть показано на плане.

Князь ВОЛКОНСКИЙ

Отдел письменных источников Государственного исторического музея. Ф. 260. Оп. 1. Д. 2. Л. 15, 32.


Ноября месяца 22 дня 1811 года
№ 565

Для единообразия в масштабах при сочинении разных планов и карт предписываем всем чинам квартирмейстерской части принять следующую меру. Масштаб: 50 сажень в дюйме (1:4200) — представляет планы городов со всеми подробностями в кварталах, деревень, сел, планы крепостей и атаки оных. 250 сажень в дюйме (1:21 000) — планы военных позиций с окружною
ситуацией на 5 верст. 500 сажень в дюйме (1:42 000) — топографическая карта целого края. 3 версты в дюйме (1:126 000) —
семитопографическая карта целого края, изображающая все деревни с показанием числа дворов, все дороги, болота и леса. 15 верст в дюйме (1:630 000) — генеральная карта целого края или государства с показанием всех дорог между городами.

Князь ВОЛКОНСКИЙ

Отдел письменных источников Государственного исторического музея. Ф. 260. Оп. 1. Д. 2. Л. 16.

 


ПРИМЕЧАНИЯ

  1. М.К. Кудрявцев. О топографической службе и ТГО войск. М.: РИО ВТС, 1980. С. 30.
  2. Литвин А.А. Столистовая карта России. // Энциклопедия «Отечественная война 1812 г.». М., 2004. С. 681.
  3. Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 18. Оп. 1. Д. 19. Л. 65.
  4. Там же. Ф. 349. Оп. 2. Д. 38. Л. 5.
  5. Триангуляция — метод создания геодезической сети в виде системы связанных общими сторонами треугольников, вершинами которых служат геодезические пункты. В 1809 году были проведены тригонометрические съемки Петербурга, а в 1810—1811 гг. — по берегу Финского залива. В обязанности офицерам и чиновникам 2-го отделения Депо (из пяти утвержденных в 1812 г.), отвечавшим за астрономические и тригонометрические съемки, вменялось «…снятие углов главных и частных треугольников; измерение базисов и исчисление и составление по оным вернейших тригонометрических съемок разных…». (Полное собрание законов Российской Империи (ПСЗРИ). СПб., 1830. Т. 32. № 24971. С. 37).
  6. Семитопографическая карта — обзорно-топографическая карта в масштабе 3 версты в дюйме. Квартирная карта (дислокационная, лагерная) одной дивизии строилась в масштабе 5—10 верст в дюйме; корпуса или дивизии — 15—20 верст в дюйме; армии — 30—50 верст в дюйме. Почтовая — транспортная карта с дорожной сетью России, ее отдельных частей, местностей, на которые нанесены важнейшие тракты, почтовые учреждения, расстояния между станциями (в днях пути, верстах).
  7. Ситуация — предметы и элементы местности и угодий.
  8. Глазомерный план снимался без инструментов. На лист предварительно наносилась сетка параллельных горизонтальных и вертикальных линий, проведенных с интервалом в 0,5 дюйма. Вертикальные линии должны были указывать направления магнитных меридианов. Дойдя до первого поворота, съемщик поворачивал направо и шел опять до первого поворота направо и т.д. до замыкания круга. Затем таким же образом съемка велась со второго поворота направо. Расстояния измерялись шагами или на глаз.
  9. Отдел письменных источников Государственного исторического музея (ОПИ ГИМ). Ф. 18. Оп. 1. Д. 4. Л. 26.
  10. Материалы Военно-ученого архива (ВУА): В 21 т. СПб., 1900. Т. 1. Подготовка к войне в 1810 году. Ч. 1. С. 89.
  11. Муравьев А.Н. Записки. Иркутск, 1986. С. 71.
  12. Материалы ВУА. Т. 1. Ч. 1. С. 93, 95, 105; Т. 1. Ч. 2. С. 260; 1908. Т. 10. Подготовка к войне в 1812 году. С. 35—47; 1907. Т. 6. Подготовка к войне в 1811 году. С. 254.
  13. Там же. 1907. Т. 6. С. 254.
  14. Там же. 1907. Т. 7. Подготовка к войне в 1811 году. С. 340.
  15. РГВИА. Ф. 26. Оп. 1. Д. 477. Л. 529, 529 об., 530, 530 об., 543.
  16. Военные учебные заведения и военные школы (история) // Военный энциклопедический лексикон. СПб., 1853. С. 178.
  17. ОПИ ГИМ. Ф. 18. Оп. 1. Д. 7. Л. 36, 37.
  18. Учреждение для управления Большой Действующей Армии. СПб., 1812. С. 36—38, 80—83.
  19. Материалы ВУА. Т. 1. Ч. 1. С. 82.
  20. Там же. С. 89.
  21. Там же. Т. 10. С. 1, 35—47.
  22. Там же. Т. 1. Ч. 2. С. 175.
  23. РГВИА. Ф. 20. Оп. 1. Д. 1059. Л. 1.
  24. Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ). Ф. 1153. Оп. 1. Д. 65. Л. 3.
  25. Мензула — специальный чертежный столик, на который взбитым белком наклеивался ватман «ручного» изготовления, протирался влажной морской губкой, сушился около суток. Мензула ориентировалась на север; направление на объект определялось с помощью диоптры (приспособление для визирования малой точности, без зрительной трубы), а расстояние — цепями. Таким образом проводилась «мензульная съемка».

 

Капитан 3 ранга
С.Ю. РЫЧКОВ
2006 № 4 ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ

ВИРТУАЛЬНАЯ ЭКСКУРСИЯ
ПО МУЗЕЮ "ГЕОСТРОЙИЗЫСКАНИЯ"


Мензульная съемка

 


Линейные измерения

 


Нивелирование

 


Угломерные приборы

 


Приборы специального
назначения

 


Глоссарий

 


Изготовители

 

 
 
Обратная связь
Обратная связь